Но одно дело, когда там пытаются провезти наркотики или взрывчатые вещества, которые имеют специфический запах и обнаруживаются собаками. Совсем другое – тот груз, который сейчас находился там. Для этого сама дверца имела внутри резиновые накладки. В ней в свинцовом контейнере и в нескольких герметичных упаковках был помещен радиоактивный материал америций-241. Немного. Можно сказать, мизер по сравнению с весом тары, которую использовали для его транспортировки. Всего каких-то двадцать пять граммов. Но зато сколько шума они могут наделать и какому количеству людей нанести непоправимый вред здоровью! Хотя об опасности груза в полной мере был осведомлен лишь Нуха.

Сейчас в кафе супермаркета их должен поджидать Гапур. Среднего роста, с подернутыми сединой висками чеченец был известен очень узкому кругу людей. Тех, кто видел его в лицо, можно пересчитать по пальцам. Наверняка он придет со своим вечным спутником и родственником Солсо. Внешне этот человек никак не походил на чеченца. У него были русые волосы, ввалившиеся щеки и надвинутый на глаза лоб. Если бы не кавказский акцент, трудно поверить, что этот чеченец из сорока лет своей жизни больше половины провел в небольшом горном селении. Он с трудом освоился в Москве и долго учился водить машину, а в метро спускался как в преисподнюю, но был предан Гапуру как пес. Нуха должен был здесь передать ключи от «Субару» и на общественном транспорте отправиться домой, отдыхать. Но из-за поломки сигнализации уйти со стоянки он теперь не мог.

– Давай закроем на ключ, – не унимался Муртаз. – Что может случиться за десять минут?

Нуха колебался. Он оглянулся на соседнюю машину, потом посмотрел на снующих по тротуару людей и махнул рукой:

– Ты прав!

Гапур пил за стойкой кофе. Солсо, как всегда, чай. Иногда он позволял себе минеральную воду, а к кофе относился с презрением. Это служило поводом для постоянных подтруниваний над ним со стороны Гапура.